«Рис покупаю самый простой — он грязный, черный»: истории семей без пап, которые выживают на МРОТ

С января МРОТ будет составлять 13 890 рублей в месяц, его поднимут на тысячу с небольшим рублей. Вот три истории семей, выживающих на этот минимум.

«Рыбу мы не покупаем»

Ирина К., Иркутская область
Доход на семью из двух человек — 28 тысяч рублей (зарплата + детское пособие)
Ирина вышла замуж в 20 лет. Стремительный ранний брак быстро распался, остался ребенок. Совместного имущества семья не успела нажить, Ирина с сыном вернулась к родителям в деревню. Алименты на ребенка не получает.
— У бывшего мужа несколько кредитов, половину зарплаты он отдает за них. Я подавала на алименты, конечно. Они засчитываются ему как долг, он их сейчас не платит. Мы это все пытаемся мирно решить.
Если я сейчас подам в суд за накопленный долг, у него может наступить уголовная ответственность. Не хочу этого из-за ребенка, хочу оставаться человеком, поэтому пытаюсь выживать своими силами.
Ребенку на день рождения бывший муж скинул пять тысяч, и на том спасибо.
Почти всю одежду и обувь Ирина покупает сыну с рук, по объявлениям. Белье и носки — на «Алиэкспрессе» или китайском рынке, упаковка из десяти пар обходится в 150 рублей. Другие вещи, верхнюю одежду Ирине выгоднее покупать с рук.
— Я только проверяю, чтобы вещь была в хорошем состоянии. Недавно комбинезон зимний я купила ребенку за полторы тысячи, в магазине он стоит семь тысяч. Ботинки зимние взяла тоже с рук за 700 рублей, они как валеночки прорезиненные, ребенку и удобно, и тепло. А новые они 3 500 стоят. Но я не могу потратить на одну зиму 3 500, на следующий год обувь и одежду опять придется покупать же. Сын обувь или комбинезон год относит, я их отдам или тоже продам, в идеале. Кофты, штаны тоже покупаю с рук. А есть мамочки, которые продают вещи пакетом по возрастам, за тысячу-две. Там и штаны, и кофточки, и футболочки, и шорты, и шапочки, и кепочки. И продавец указывает — три футболки на выход, четыре — для дома, потому что есть пятна, которые не отстирываются. За три тысячи можно купить пакет, где будут и зимние теплые вещи.

В деревне Ирины детского сада нет, и каждое буднее утро она возит сына в соседний поселок. Дорога на маршрутке обходится примерно в четыре тысячи рублей в месяц. Женщина надеется, что и в ее деревне в следующем году откроют садик и жить станет немного полегче. Плата за сам детский сад составляет около трех тысяч рублей. Другие обязательные ежемесячные платежи — 1 650 рублей (мобильная связь + домашний интернет). Расходов на коммунальные платежи у нее нет, женщина живет в частном доме. Расходы на электричество — около 800 рублей в месяц.
Самая затратная статья расходов — питание, это около 20 тысяч в месяц.
— Продукты я покупаю в крупных бюджетных магазинах — «Светофоре» или «Ленте», стараюсь ловить акции. «Светофор» — максимально бюджетный магазин, в котором и со скидками что-то продается, и более-менее хорошие продукты можно найти. Допустим, свинина — 250 рублей за килограмм. И это нормальное мясо, проверено.
Я килограммов пять-семь возьму, нарежу, разложу в пакетики, кости отдельно, мясо отдельно, месяца на два его нам хватит.
Из мяса обычно делаю поджарку к гречке, макаронам. Или тушим с овощами. Говядину крайне редко покупаю, это дорогое для меня мясо. Курицу обычно — или целую беру (250 за кило), или крылья, 170 рублей за килограмм. Крылья замаринуешь, в духовку закинешь — уже хорошо. Сын таких три-четыре штуки за раз съедает, я — от трех до пяти крылышек. На ужин нам надо шесть-восемь крыльев, это почти килограмм. Рыбу мы не покупаем.
Всю бакалею Ирина старается покупать в больших упаковках, так выгоднее. Например, чай — сразу на 100-150 пакетиков, по акции он стоит 200-250 рублей. Рядовая цена его — 400 рублей.
— Обычный заваренный чай сын не пьет, он любит со вкусом каким-нибудь, поэтому берем пакетики. Молочные колбасы редко беру, это дорого для меня, обычно сервелат, который стоит максимум рублей 150-190 за палку, сын его хорошо кушает. С молоком повезло — родственник работает в магазине, молоко через него я покупаю без наценки, напрямую от поставщика. В магазине молоко стоит рублей 70 за пачку литровую, а мне обходится в 40-45 рублей. Эта разница в 25-30 рублей ощутимая, если молоко приходится покупать каждый день. Молоко добавляем в чай и кофе, каши на молоке варим. Ребенок растет, и молоко у нас всегда должно быть.

Кефир, сметану, творог не покупаем, не любим. Йогурты покупаем только со скидкой. Еще иногда покупаю сыну молочные коктейли, но всегда — в FixPricе. Потому что там коктейль стоит рублей 14, а в обычном магазине в деревне — 37 рублей. Когда ребенок болеет, а простывает он нередко, молочные коктейли — единственное, на что у него есть аппетит.
Сибирь — территория дорогих овощей и фруктов. Зимой Ира хоть изредка, но старается их покупать. Килограмм огурцов в обычном магазине стоит 170 рублей, в «Светофоре» — 100 рублей. Обычно это огурцы немножко подбитые, с браком. Но и их можно добавить в салаты, положить на бутерброды, по-быстрому засолить, есть у Ирины рецепт «пятиминутка».
— Лук у нас свой, мы садим его на весь год, до нового урожая хватает. Картошку тоже садим, но земли у дома мало, приходится докупать.
Картошку берем мешками, 1 200 за мешок. Покупать стараемся осенью, потому что зимой этот же мешок будет стоить дороже.
Из картошки готовлю пюре, супы, с курицей тушу, просто жареную картошку ребенок полюбил. Но это дорогой для нас гарнир, в этом году еще неурожай был, поэтому цены были очень неприятные, скажем так. Поэтому на гарнир обычно варим гречку, рис, макароны. Рис выгоднее, конечно, покупать и варить — за 300 рублей купили пятикилограммовую упаковку полгода назад и до сих пор рис в доме есть. Это самый дешевый краснодарский рис.
— Макароны тоже самые простые берем — перья или рожки, и самую большую упаковку из возможных, — продолжает Ирина. — Пятилитровой упаковки растительного масла за 700 рублей обычно хватает на полтора месяца. Масло везде идет — и на обжарку, и на тушение, и на запекание в духовке. Вместо сливочного масла маргарин в основном берем. Сыр — «Российский», дешевый, 342 за килограмм. Яйца подорожали, я это отметила — 98 рублей за десяток второй категории. Яйца мы жарим, и еще сын любит гренки. Яблоки в основном покупаем подбитые, 98 рублей за килограмм, а иногда и 60-70. Бананы очень дорогие у нас, 110-130 рублей за кило, покупаем раз в месяц или реже. Бананы и мандарины у нас идут как лакомство или как поддержка, когда сын болеет, хочется порадовать его. Только при простудах покупаем и ягоду — бруснику, клюкву.

Порошки, шампуни и прочую бытовую химию Ирина покупает только по акциям. Крем — тоже в большой упаковке, комбинированный — и для лица, и для тела, 400 миллилитров за 179 рублей надолго хватает. Обувь себе Ирина покупает с рук, по объявлениям, или китайскую в дешевых магазинах.
— Там приемлемые цены, допустим, я взяла себе обувь недавно, сникерсы белые за 900 рублей. Но у них немножко сбита колодка, и они мне за 250 рублей достались. Сейчас зима, зимы у нас холодные, я уже три года хожу в дубленке, которую мне отдали. Но она теплая. Если я покупаю себе вещь, ношу ее как минимум года три. Сейчас купила себе костюм флисовый, теплый, штаны и кофту, за 4 200 со скидкой. Это для меня очень дорого, это я могу себе позволить раз в полгода или реже. Если мне нужно платье или джинсы, иду в секонд-хенд. И всегда выбираю дни со скидками, они могут доходить до 90%. В секондах на тысячу можно купить три-четыре вещи. Проблема только в том, что приходится очень долго искать те, которые тебе действительно подходят. Сейчас я очень хочу себе теплые, красивые ботильоны на устойчивой подошве, я не люблю каблуки, это неудобно. Они стоят от семи до десяти тысяч, а с рук — три тысячи. Они теплые, устойчивые и красиво выглядят. Но из-за вещей я не особо переживаю, я привыкла носить одно и то же.
Беспокойство Ирины — это зубы сына. Множественный кариес, лечить зубы ребенок позволит только под наркозом.
— Он боится звука самой бормашины, у него начинается истерика, он плачет, придумывает что угодно, лишь бы не находиться в кабинете. Я не понимаю, где взять столько денег. Недавно мы с ним простудились — у меня 2 500 ушло только на лекарства, на себя и на ребенка. Болеть — это дорого.
Чтобы свести концы с концами, Ирина по выходным подрабатывает горничной в отеле или официанткой в ресторане. И физически, и психологически это тяжело.

«Рис покупаю самый простой — он грязный, черный»

Марина С., Иркутск
Доход на семью из четырех человек — 56 тысяч (пенсии по возрасту и утрате кормильца, стипендия)
Марине 55 лет, она живет с двумя несовершеннолетними детьми и дочерью-студенткой. Есть еще старшая дочь, но она живет отдельно. Муж умер. Семья из четырех человек живет на 56 тысяч, это пенсии по старости, по потере кормильца и крошечная стипендия. «Средняя дочь настаивает, что это тоже вклад в семейный бюджет», — улыбается мама.
Семья живет в коммунальной квартире, к чему давно привыкла. А вот к стремительному росту цен привыкнуть намного сложнее.
— У меня молоко обычно покупает сын. И цены на молоко я как-то не фиксировала. А недавно пошла сама в магазин, взяла тетрапак, подошла к кассе, а пакет 106 рублей стоит. Естественно, я его тут же отнесла назад на полку и взяла молоко за 56 рублей. Я спросила, почему нет ценников, мне ответили: «Молоко подорожало, мы не успели еще новые ценники повесить». Сахар подорожал, хлеб, гречка и другие крупы. Если меньше года назад сахар мы за 45 рублей покупали, летом он подскочил до 55, а сейчас — 67 рублей стоит. Но дети привыкли пить чай с сахаром. На оптовых рынках все дешевле, но придется вложиться в проезд, рядом с нашим домом их нет. Рыба подорожала, год назад я могла позволить себе купить горбушу, пожарить, запечь, сейчас уже не могу. И мойву, самую бросовую и сорную рыбу, мы больше не можем себе позволить, она до 300 рублей за килограмм в цене дошла. Сейчас только минтай доступен, в кляре его готовим иногда.

Несколько лет семье с картошкой, морковкой, свеклой помогали родственники. Но в этом году картошка не уродилась, приходится покупать. На днях Марина купила маленькую сетку за 100 рублей, этого хватило трижды суп сварить.
— Я не могу позволить себе купить две таких сетки, чтобы пожарить картошку и ей поужинать. Поэтому мы ограничиваемся макаронами, крупами. Рис варим, иногда перловку, гречку. Гречка дорогая стала, и с каждым походом в магазин все дороже и дороже. В последний раз я купила гречку за 89 рублей за килограмм. И риса сразу три килограмма купила. Естественно, я не покупаю рис в маленьких пакетиках и какой-нибудь элитный. Я выбираю самый простой, дешевый. Он грязный, черный, его десять раз приходится промывать. Но мне это выгодней, чем покупать 800 граммов за 100 с лишним рублей. Чтобы на мою семью сварить латку плова, почти килограмм риса уходит. Я готовлю побольше, чтобы хватило и поужинать, и пообедать на следующий день.
Как отмечает Марина, ощутимо дороже стала капуста. Раньше этот овощ не считался дорогим продуктом, сейчас вилок капусты вытягивает на 70 рублей.
— Если постоянно капусту тушить, жарить, бигус делать, получается не бюджетно. Раньше я капусту добавляла в рагу, просто с картошкой тушила, получалось и дешево, и сердито. Сейчас стало сердито, но недешево. Сильно чувствуется, что продукты, которые раньше были доступны, подорожали.
Марина говорит, что из мяса обычно покупает только курицу:
— Покупаю целую, из грудки можно приготовить, ножки и крылья пожарить, а остальное идет на суп — рассольник, гороховый, с макаронами или рисом. Гречневый суп придумала — картошка, гречка, морковка обжаренная, куриный бульон. Свинину я покупаю только на борщ и котлеты. Беру четверть туши, делю ее. Большой кусок обходится в пять тысяч, но мне его хватает надолго, на три-четыре месяца. Фарш из свинины кручу, добавляю в него фарш индейки, он недорогой, 100 с небольшим рублей за килограмм. Чтобы и не жирно было, и не слишком постно.
Как говорит Марина, сметану она покупает периодически, но тоже дешевую.
— Лучше ее вообще не покупать, чем покупать такую, — вздыхает женщина. — Это привозная сметана, она хранится по полгода, в ней много химии. Просто детям иногда хочется что-то со сметаной, вот и приходится покупать.
Творог семья не покупает, хороший творог, даже и не деревенский, стоит дорого. А вот без яиц не прожить.
— На днях было полгода со дня маминой смерти, я покупала яйца на блины. Десяток второй категории — 76 рублей. Семья у меня большая, чтобы на всех блины испечь, надо сразу несколько яиц.
Единственное лакомство, которое может позволить себе семья, — недорогой шоколад.
— Я дочери каждый день даю на питание в школе, она иной раз сэкономит на обеде, а шоколадку купит. Домой я им иногда покупаю печенье, кексики, они их на полмесяца растягивают. Яблоки дома есть почти всегда, они стоят от 130 за килограмм. Мандарины — реже, позавчера буквально покупала за 190 рублей. Бананы стараюсь раз в месяц покупать.
В октябре Марина заболела — на лекарство ушло больше десяти тысяч рублей.
— Хотя я покупаю самое элементарное, простое — от кашля корень солодки или пектусин в сиропе. Они намного дешевле новомодных, а лекарства, по сути, неплохие. Из жаропонижающих тоже принимаем не дорогой нурофен, а дешевенький ортофен. Из обезболивающих покупаю кетанов. Раз в год — витамины. Сыну постоянно нужен витамин D в больших дозах, не менее 10 000 единиц ежедневно. Я покупаю большую упаковку 60 таблеток за 700 рублей, это ему на полмесяца хватает.
Секонд-хенды, китайские рынки, благотворительные магазины — одежду себе и детям Марина покупает только здесь. Младшие донашивают за старшими, к вещам все относятся бережно. Сама женщина носит свой пуховик уже четвертый год. Сын тоже куртку носит третью зиму. У Марины одни только джинсы и одна пара обуви на сезон. Женщины в семье — сама Марина и две ее дочери — не могут отказать себе в маленьких женских радостях. Но тушь покупают за 100 рублей, лак — тоже самый недорогой.
А вот театры, концерты, кино семья позволить себе не может. Чтобы Марине вдвоем с младшей дочерью сходить на новогодний спектакль «Снежная королева», нужно потратить на билеты 500 рублей. Дорого.
Стоматология — только государственная. Если детей нужно записать к зубному, Марина с утра сидит около компьютера. Стоит на несколько минут опоздать, записи уже может не быть.
— Несколько лет дочь лечила зубы в школе. А летом у дочки зубы заболели, мы пошли в городскую стомклинику, пришлось перелечивать все зубы, которые лечили в школе. Врач так и сказал: «Лучше бы вам их вообще не лечили, чем вот так». Но чтобы записаться на прием в государственную детскую стоматологию, я каждое утро в 8 утра ловлю запись. В 8:01 уже все может быть занято. Каждая запись — это квест. И на каждый следующий зуб нужно записываться по-новому. Но вылечить зуб в частной клинике стоит от двух тысяч, это для нас роскошь.

«Из одежды я ничего себе не покупаю»

Евгения С., Ростовская область
Муж Евгении ушел еще до рождения ребенка. Не поладил с тещей и тестем и решил проблему просто — отправился в свободную жизнь. Когда родился ребенок, Евгения написала ему, но мужчина не откликнулся. Когда женщина подала на алименты, заявил: «Это не мой ребенок, я требую ДНК».
Тест подтвердил отцовство на 99,9%, присудили алименты. Но алименты Евгения не получает, отец дочь даже не видел ни разу. И не хочет видеть. Бабушка с дедушкой со стороны отца внучкой тоже не интересуются.
Когда Евгения была на шестом месяце беременности, родственники попросили ее сделать аборт. Ребенок этот, мол, никому не нужен. Женщина, конечно, никого не послушала и родила. Дочку. И столкнулась с еще одним испытанием, более трагическим, чем предательство мужа.

У дочери психомоторная задержка развития и псевдобульбарный синдром — она сама не глотает и не ест, питается через зонд. Девочке почти два года. Вдвоем с дочерью Евгения живет на пенсию по инвалидности ребенка в 15 тысяч и детское пособие 11 тысяч. Если бы не помощь родителей, женщине было бы совсем тяжко. Потому что большая часть денег уходит на лекарства и спецпитание.
— Дочка часто болеет ОРВИ, иногда два-три раза в месяц. Сейчас, например, болеет третий раз уже. Один поход в аптеку отнимает полторы-две тысячи. Максимально приходилось тратить и до десяти тысяч, когда ребенку нужны и расходники, и жизненно важные препараты, без которых он просто не сможет. Несмотря на то, что у ребенка инвалидность, положенные лекарства мы получаем не всегда. Расходники могут дать не того размера, который нам нужен.
Расходники — это катетеры, шприцы, капельницы. Памперсы, записанные в программу ИПР, мама регулярно не получает, приходится покупать их самостоятельно. Питание девочке тоже нужно особое, с общего стола она есть не может, начинает задыхаться. Поэтому — только хорошие покупные готовые каши, молочные смеси, мясные пюре, фруктовые соки.
— Вчера я купила такого питания на неделю, у меня ушло тысячи полторы, на месяц надо шесть-семь тысяч. Но ребенок будет расти и расходы на его питание — тоже.
С помощью реабилитации и хороших специалистов Евгения добилась того, чтобы ребенку убрали зонд. Сейчас девочка может есть из ложки, но только перетертую пищу.
— Дочка потихонечку, с трудом, но глотает. Перспектива хорошая, но нужна постоянная реабилитация. И это дорого, на это уже не хватает средств. Необходимы постоянные занятия ЛФК и с логопедом-дефектологом, это 26 тысяч в месяц. К неврологу платному приходится ездить на прием. Я сама медработник, приходится оставлять ребенка с мамой на час-два и ходить капать ковидных больных.
Если бы не помощь родителей и не домашнее хозяйство, было бы совсем трудно.
— У нас курочки, уточки свои. Но молоко приходится покупать, хочется чего-то вкусненького — свининки, колбаски, сырка. Но все очень дорого сейчас стало. В магазин едешь, минимум две тысячи оставляешь — это сейчас не деньги. Из одежды я себе ничего не покупаю, только белье и носки, обхожусь тем, что купила до рождения ребенка.
Примерно три тысячи уходит на гипоаллергенные кремы и порошки.
— Комбинезон недавно купила за три тысячи, сапожки — за полторы, шапку за тысячу, это к зиме мы оделись. А ведь еще колготки нужны, свитера, брючки.
Какие-то вещи Евгении отдают, она тоже отдает — подписана на группу детей с инвалидностью, там мамы обмениваются одеждой.
— Экономлю, как могу, чтобы оплачивать реабилитацию. Это для меня сейчас самое главное. Когда дочка заболела, я пришла в ужас, растерялась. Не знала, что делать и куда бежать. Но я сильный человек, я не стала сидеть и над дочкой плакать. Вышла из больницы с ребенком-инвалидом на руках и начала действовать. Нам сейчас год и одиннадцать месяцев, мы ходим за ручки, сидим, играемся. Дочка умная и интеллектуально развитая. Мы с ней справимся. Меня выручает машина, но так как бензин дорогой, стараюсь никуда не ездить, кроме реабилитации. Но если бы не родители и их помощь, мы бы на 26 тысяч не прожили. И никто бы не прожил.
« Картины, которые возвращают в детство
5 признаков того, что ребёнку пора нанимать... »
  • -1

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.

0
Дизлайк за то, что в таком стране, как Россия-люди вынуждены выживать!
Читала про эти семьи и просто слов нет… Сколько сил у мам.
" Если я сейчас подам в суд за накопленный долг, у него может наступить уголовная ответственность. Не хочу этого..." Как это не хочу? Ради ребенка и надо. Это деньги для ребенка. Отец обязано содержать! Что значит- остаться человеком? Есть закон! У отца есть ответственность и обязательства. Значит в тюрьму пусть идет и выплачивает с заработка.
Почему мать с ребенком должна выживать, а отцу за это ничего не будет.